Международный Уголовный Суд и позиция России. Материалы конференции. Москва 9-10 июня 1998 года.

Содержание.

3. Игорь Блищенко, сопредседатель российской коалиции в поддержку Международного уголовного суда, ректор Института международного права, профессор, автор первой теоретической работы о международном уголовном суде.

История создания МУС и проект его устава.

Я принимал участие в разработке идеи МУС еще в 1984 году, поэтому начну с краткой истории этого вопроса. Примерно 20 лет назад в США был организован Международный фонд по созданию МУС. Президентом этого фонда был избран специалист международного права австралийской школы Юлиус Стоун, исполнительным директором — профессор Католического университета в Бостоне Роберт Войцел. Войцел стал душой и организатором всего этого движения, получившего самую широкую поддержку на международной арене. Он провел несколько встреч и совещаний комиссии фонда, разработавшей проект устава и проект перечня преступлений, подлежащих юрисдикции МУС.

Большую финансовую поддержку движению по созданию МУС оказали фонд Карнеги и фонд Форда. Меня пригласили в качестве представителя от юристов Советского Союза, а позже избрали вице-президентом фонда, который существует вплоть до сегодняшнего дня. Вначале штаб-квартира его была в Бостоне, затем переместилась в Санта-Барбару, Калифорния.

Более полувека прошло с тех пор, как ООН приняла принципы Нюрнбергского трибунала — прообраза Международного Уголовного Суда. Хотя Нюрнбергский трибунал был трибуналом ad hoc, тем не менее его принципы легли в основу всей послевоенной международной уголовной юстиции. Можно смело утверждать, что на нынешнем этапе государства не только пришли к пониманию необходимости создания постоянного Международного Уголовного Суда и наметили основные параметры создаваемого института, но и приступили к практическому решению этой непростой задачи.

История попыток создания постоянного органа международной уголовной юстиции насчитывает несколько десятилетий. Впервые ООН обратилась к этой проблеме в 1948 году. Стимулом для этого стало создание Нюрнбергского и Токийского трибуналов. В начале 50-х годов появился первый проект Статута Международного Уголовного Суда, однако главным образом по политическим причинам работа над ним была прервана.

Поворотным моментом в истории создания постоянного суда стало учреждение Советом Безопасности ООН двух трибуналов ad hoc — Международного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии с 1991 года, и Международного уголовного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за геноцид и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории Руанды, и граждан Руанды, ответ­ственных за геноцид и другие подобные нарушения, совершенные на территории соседних государств в период с 1 января 1993 года по 31 декабря 1994 года.

В 1993 году Генеральная Ассамблея ООН предложила Комиссии международного права продолжить работу над составлением проекта Статута МУС. Комиссия представила проект 49-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН с рекомендацией созвать международную конференцию для рассмотрения проекта и принятия конвенции о создании суда. На сессии Генеральной Ассамблеи ООН было принято решение создать Специальный комитет для обзора основных вопросов и вопросов административного характера, вытекающих из проекта Статута, и рассмотрения вопроса о мероприятиях по созыву международной конференции.

Встречи по созданию МУС фонд проводил в разных странах, в том числе в государстве Тринидад и Тобаго, правительство которого активно поддержало фонд, а затем обратилось в ООН с предложением создать Международный уголовный трибунал по борьбе с наркотиками. В 1995 году Тринидад и Тобаго и ряд карибских государств выступили инициаторами создания подготовительного комитета. Генеральная Ассамблея ООН приняла решение о создании такого комитета, куда был передан устав, разработанный Комиссией международного права ООН, Члены Комиссии международного права вначале выступали против создания МУС, а затем стали его поддерживать.

Идея создания МУС в первую очередь вытекает из существования категории международных преступлений: международное сообщество должно иметь механизм правосудия за серьезные нарушения норм международного права. Помимо доктринальной необходимости, существует практическая необходимость обеспечить справедливое наказание за наиболее тяжкие нарушения международного права. Радикальные изменения в международной жизни требуют соответствующих изменений в международном праве и в механизмах его осуществления. Поэтому, естественно, что проблема создания Международного Уголовного Суда, появившаяся в периоды глубоких мировых потрясений, вновь стала актуальной в конце 80-х—начале 90-х годов.

Общепризнано, что эффективность любых уголовных мер зависит от механизма их осуществления, от его четкого и стабильного функционирования. В этом отношении международное уголовное право не отличается от внутригосударственного. Ключевое место в этом механизме занимает орган уголовного правосудия. Поэтому всегда, когда при разработке международно-правовых норм приходят к вопросу об их осуществлении, это оказывается возможным преимущественно в рамках международного уголовного судопроизводства.

Большинство международных преступлений совершается государством — с его участием или при его попустительстве. В то же время в силу действия императивного принципа суверенного равенства государств невозможно осуществить правосудие над одним государством и его органами представителями другого государства без его согласия. Существование такой возможности при неопределенности ряда понятий современного международного права может привести к тому, что одно и то же деяние может быть признано национальными судами различных стран или как борьба за независимость, или как терроризм.

МУС предоставляет возможность выхода из такой ситуации, в том числе и в случаях, когда реальных перспектив в отправлении правосудия в современных условиях просто не существует: в первую очередь в случае причастности государства к совершению международного преступления. Причем МУС нельзя рассматривать как самоцель. Поведение государств и индивидов в конце концов изменяют не международные договоры или механизмы по их реализации, а перелом во взглядах людей, всего общества, чему эти договоры способствуют.

Создание Международного Уголовного Суда приведет к систематизации и рационализации международного уголовного права, а также к его развитию.

Международный Уголовный Суд дает много других преимуществ, например: наибольшие гарантии объективного судебного разбирательства дел, связанных с международными преступлениями. На международном уровне — защита МУС от влияния политических течений, обеспечение его независимости и соответственно объективности его решений более вероятны и могут быть осуществлены путем разработки структуры с надлежащими гарантиями:

– представительного состава суда,
– эффективного механизма расследования,
– независимого органа обвинения и др.

Поскольку международные преступления носят серьезный характер и обеспечение справедливости отвечает общим интересам, то ни одно государство и ни одна международная организация не должны иметь возможности препятствовать действиям Суда или блокировать их — необходимо обеспечение должной степени независимости МУС от государств. Именно независимость суда во многом определяет его авторитетность, что необходимо для эффективной судебной деятельности: судебный орган должен оставаться в рамках норм и правил, которые не изменяются вместе с ка­ждым изменением политических направлений, и не должен быть выразителем преобладающих направлений общественного мнения и применяться к ситуациям, создаваемым постоянными изменениями этих направлений.

При определении независимости Международного Уголовного Суда нужно исходить из общих основных принципов, касающихся независимости судебных органов. МУС должен обладать компетенцией в отношении всех вопросов судебного характера и иметь исключительное право решать, входит ли переданное ему дело в установленную статутом компетенцию. Независимость выражается в способе назначения судей, условиях службы, предоставлении иммунитета, сроке полномочий, особых процедурах отстранения от должности.

Существуют объективные границы целесообразности применения международного судебного механизма с точки зрения беспристрастности. Международный суд оправдан, когда реальной является возможность вынесения национальным судом по делам международных преступлений решений, основанных на предубеждении судей в связи с их политическими воззрениями, либо имеет место обвинительный уклон в случае суда над гражданином неприятельского государства, либо оправдательный в отношении собственного гражданина. Требование беспристрастности частично покрывается требованием независимости: члены суда должны быть свободны от личных склонностей. Кроме того, суд должен восприниматься народом и самим подсудимым как беспристрастный, иначе превентивный эффект уголовного правосудия не будет достигнут.

Условие обеспечения представительств в составе суда главнейших форм цивилизации и основных правовых систем мира актуально и для Международного Уголовного Суда. Помимо состава суда существуют и другие способы обеспечения беспристрастности. Самые широкие процессуальные гарантии, в первую очередь публичность судебного заседания и защита в суде, должны быть гарантиями беспристрастности приговора МУС.

МУС обеспечит более надежные гарантии от произвола в ходе разбирательства и защиты прав обвиняемого, чем существующая система. На международном уровне легче реализовать те минимальные стандарты уголовного правосудия, которые содержатся в международных документах.

К этой проблеме примыкает более крупная. Если считать, что создание МУС сопряжено с уступкой суверенитета, то любой такой уступкой со стороны малых и средних государств могут воспользоваться крупные державы. Речь идет о том, что МУС может стать послушной машиной по подавлению слабых и оправданию поведения сильных.

МУС может быть альтернативой непосредственному столкновению с государством, совершившим международные преступления, при котором исход дела определяется не тем, на чьей стороне право, а фактическим неравенством в военной и экономической областях. Всякое нарушение международно-правовой нормы, как правило, приводит к возникновению спора. В этом случае МУС будет механизмом по разрешению споров в случае самых тяжких нарушений международного права по вопросам реализации ответственности за международные преступления.

Что касается правительства Советского Союза и России, то вначале оно было против идеи создания МУС, и мне пришлось предпринять огромные усилия, чтобы убедить его изменить свою позицию. Позиция была изменена с изменением строя, и теперь Россия выступает за создание МУС. Одновременно и наш представитель в комиссии (тогда профессор Барсегов) изменил свою позицию. То есть эта идея очень медленно, но верно проникала в правительственные круги и в конечном итоге получила широкую поддержку. После этого наши представители включились в разработку Устава МУС и стали участвовать во всех мероприятиях Фонда по созданию МУС.

Я понимаю, что Устав МУС — это результат некоторого компромисса между государствами, тем не менее позиция государства должна быть определена довольно четко. Какие основные положения Устава МУС заслуживают нашего внимания и требуют, на мой взгляд, модификации?
Немеждународный вооруженный конфликт. Надо сказать, что в сегодняшний проект Устава МУС благодаря нашему активному участию было включено положение статьи 3 Женевских конвенций 1949 года о защите жертв войны (это положение не было включено в Дополнительный протокол II к Женевским конвенциям).

Я понимаю, что у США двойственное отношение к Дополнительным протоколам и прежде всего к Протоколу II о немеждународном вооруженном конфликте. По мнению США, результатом действия положений протоколов I и II может быть косвенная поддержка международным сообществом терроризма. Но это неверная постановка вопроса — положения этих протоколов не имеют ничего общего с терроризмом, и многие государства выступают за то, чтобы Протокол II был прямо поименован в Уставе МУС.

Что касается перечня преступлений, надо сказать, что до сих пор нет четкого определения понятия «преступление», хотя в международной правовой доктрине есть определенная разработка понятия преступления, я имею в виду, в частности, работы Юлиуса Стоуна и того же Роберта Войцела. Я уже не говорю об Уставе Нюрнбергского трибунала, который делит все преступления на международного и немеждународного характера. Эти два вида преступлений, по существу, есть в уставе, но только в виде списка, и в нем нет такого вида преступлений, как например, фальшивомонетничество, хотя, как вы знаете, это преступление способно подорвать финансовую систему государства. Нет там и такого преступления, как апартеид, хотя есть конвенция по борьбе с апартеидом.

Казалось бы, с окончанием в ЮАР правления «белых» апартеид закончился, но апартеид как система отношений остался, и поэтому требуется его включение в список преступлений наряду с геноцидом. Однако должен сказать, что подавляющее большинство населения стран не считает апартеид преступлением.

Я хотел бы обратить ваше внимание на заложенную в уставе зависимость от Совета Безопасности. Инициатива прокурора возбуждать уголовное дело зависит от решения Совета Безопасности, особенно в ситуациях, связанных с агрессией и поддержанием мира (гл. VII Устава ООН), По существу, на решения Совета Безопасности в большой степени влияют главные, ведущие державы мира, и если их мнения совпадают, то может быть принято решение, хотя и не всегда обоснованное. Мы знаем ситуации, когда виновником агрессии выступает великая держава. А если великая держава вы­ступает виновником агрессии, то Совет Безопасности практически не может принять решения, соответствующего его мнению, потому что немедленно будет применено право вето и решение не будет принято. Думаю, что в этом случае решение должно приниматься простым большинством.

И наконец мое последнее замечание связано с тем, что в уставе ни слова не говорится о вине государства. Хотя я понимаю, что это МУС, который касается прежде всего индивидов, но если государство виновно, то оно тоже должно нести ответственность за международные преступления и преступления международного характера, совершенные его чиновниками, его представителями. Оно должно возмещать и моральный и материальный ущерб, я уже не говорю о другой ответственности государства. Государством должен быть возмещен ущерб, если, повторяю, речь идет о совершении преступлений его чиновниками.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Предыдущая страница Следующая страница

Опубликовано на сайте: 22 февраля 2010, 19:38

Один комментарий

  1. Ахмеднабиев

    Как ивлечь этнокриминальные власти России и Дагестана к ответственности за апартеид в отношении 13 коренных малочисленных андо-дидойских народов Дагестана?

    The Human Rights Commitеe В Комитет по правам человека
    c/o Office of the United Nation Бюро Верховного комиссара
    High Commissioner Объединенных Наций
    For Human Rights по правам человека
    8-14 avenue de la Paix 8-14 проспект Мира
    1211 Geneva 10 1211 Женева 10
    SWITZERLAND Швейцария

    Дата: 18 ноября 2012 года
    Представляется на рассмотрение в соответствии с Факультативным протоколом
    к Международному пакту о гражданских и политических правах.

    I. ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ СООБЩЕНИЯ:
    Фамилия: Ахмеднабиев Имя: Магомед
    Гражданство: Российская Федерация, Республика Дагестан
    Дата и место рождения: 18 ноября 1953 года
    Постоянный адрес- 368090, Россия, Дагестан, Ахвахский район селение Карата
    Иной адрес для получения конфиденциальной корреспон¬денции (если отличается от постоянного адреса)
    368012 Россия, Дагестан, г. Махачкала, проспект Петра 1, дом.44-г, кВ.48

    Сообщение представляет: – жертва, а также соучредителей Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана:
    Фамилия- Алиев Имя- Ахмедула
    Гражданство- Российская Федерация.
    Дата и место рождения- 01.04.1953 года
    Нынешний адрес или местонахождение- 368090, Россия, Дагестан, Ахвахский район сел. Карата

    Фамилия- Гаджимагомедов Имя- Магомедали
    Гражданство- Российская Федерация.
    Дата и место рождения- 14.02.1955 года
    Нынешний адрес или местонахождение- 368090, Россия, Дагестан, Ахвахский район, сел. Карата
    От имени всех членов Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского согласно списка утвержденного 08.02.2012 года, а также принятых заявлений в количестве более 2500 представителей коренного малочисленного каратинского народа Дагестана, пожелавших поддержать жалобу.

    II. ЗАТРАГИВАЕМОЕ ГОСУДАРСТВО:
    Российская Федерация, Республика Дагестан

    Статьи Международного пакта о гражданских и политичес¬ких правах, которые, как представляется, были нарушены:
    — Право на самоопределение(ст.1).
    — Права на уважение и признание прав, признанных в Пакте(ст.2)
    — Право на независимый и беспристрастный суд (ст. 14).
    — Право на свободу ассоциации с другими людьми (ст. 22).
    — Права ребенка (ст. 24).
    — Право принимать участие в общественной жизни (ст. 25).
    — Права лиц, принадлежащих к национальным меньшин¬ством (ст. 27).
    — Равенство перед законом и запрещение дискриминации (ст. 2, п. 1; ст. 26)

    Внутренние средства правовой защиты, которые были исчерпаны предполагаемой жертвой (жертвами) или от ее (их) лица: обращение в суды или в другие государственные органы; когда и с каким результатом (по возможности, приложить копии всех соответствующих судебных или административных решений):

    Россия в соответствии с Конституцией гарантирует: – основные личные права и свободы (ст. 20-28); основные публично-политические права и свободы (ст. 29-33); основные экономические, социальные и культурные права и свободы (ст. 34 – 44).
    Конституция Республики Дагестан гарантирует:
    Ст. 20 В РД защищаются права и свободы человека и гражданина независимости от национальности, расы, языка, происхождения, места жительства, политических, правовых и иных убеждений, принадлежности к общественным объединениям и других обязательств. Запрещаются любые формы ограничения прав по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.
    Ст.28 Каждому гарантируется свобода мысли и слова. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.
    Запрещается пропаганда социального, расового, национального или языкового превосходства.
    Ст. 30 каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не должен быть принужден к указанию своей национальной принадлежности. Каждый имеет право на пользование своим родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества.
    Ст. 33 граждане вправе собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.
    Ст. 34 Каждый имеет право на объединение в порядке, предусмотренном законом.
    Община «Калалал»(К11ирди) коренного малочисленного каратинского народа Дагестана учреждена 8.02.2012г. в соответствии с требованиями ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ», ФЗ “О некоммерческих организациях”, а также традиционного обычного права каратинского народа. ФЗ “О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ”, статья 14 которого содержит оговорку о необходимости учета обычаев и традиций, если они не противоречат федеральным законам и законам субъектов Российской Федерации. В Федеральном законе России “Об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ”, в статье 4 которого есть положение о том, что “Решения по вопросам внутренней организации общины малочисленных народов и взаимоотношений между ее членами могут приниматься на основании традиций и обычаев малочисленных народов, не противоречащих федеральному законодательству и законодательству субъектов Российской Федерации и не наносящих ущерба интересам других этносов и граждан”.
    Соучредители Ахмеднабиев М.Х. Алиев А.А., Гаджимагомедов М.Б. собрали необходимые документы и 24 февраля 2012 г. обратились в Управление юстиции РФ по РД с заявлением по регистрации Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана.
    Учредительными документами общины малочисленных народов являются (п. 3 ст. 8 Федерального закона “Об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов”): учредительный договор; устав. Все необходимые для регистрации общины документы были представлены, получена расписка.
    Управление юстиции РФ по Республике Дагестан, являясь регистрирующим органом местных общественных объединений, распоряжением № 176 от 2.04. 2012г. отказало в государственной регистрации территориально-соседской общине «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана при ее создании.
    Письмом от 02.04.2012 г. № 05-03-307/12-О-АГ, сообщено об отказе Управления юстиции зарегистрировать Общину. В качестве основания для отказа в регистрации в письме указано, что –«Учитывая уникальность этнического состава населения Республики Дагестан по числу проживающих на ее территории народов, Государственный Совет Республики Дагестан определяет количественные и иные особенности ее коренных малочисленных народов, а также устанавливает перечень этих народов с последующим включением его в Единый перечень коренных малочисленных народов Российской Федерации.
    Вместе с тем в Едином перечне коренных малочисленных народов Российской Федерации, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.03.2000 г. № 255, а также в постановлении Государственного Совета Республики Дагестан от 18.10.2000 № 191 «О коренных малочисленных народах Республики Дагестан» данный народ не значится.
    Отказ в государственной регистрации не является препятствием для повторной подачи документов для государственной регистрации при условии устранения оснований, вызвавших отказ».
    Требования законодательства Общиной не были нарушены, поэтому принимая незаконное решение об отказе в регистрации Общины, чиновники создали искусственные препятствия по жизненно важному вопросу – реализации коллективных прав на получение статуса каратинского народа: коренного малочисленного народа Дагестана; создание территорий традиционного природопользования, на ведение традиционного образа жизни и защиту исконной среды обитания; Общины коренного малочисленного каратинского народа Дагестана; каратинского языка, как родного, получения на каратинском языке образования дошкольного, а также в начальной школе.
    06.04.2012 г. соучредители Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана обратились с жалобой в федеральный суд Ботлихского района о признании незаконным отказ Управления юстиции РФ по Республике Дагестан в регистрации Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана и обязать его зарегистрировать Общину.
    27.04.2012 года Определением Ботлихского суда РД жалоба была возвращена с предложением обратиться в федеральный суд Советского района г. Махачкала по подсудности и месту нахождения организации.
    16 мая 2012 года соучредители Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана обратились с жалобой в федеральный суд Советского района г. Махачкала.
    Решением федерального суда Советского района г. Махачкала от «05» июля 2012 г. оставлена без удовлетворения наша жалоба на отказ в регистрации Общины «Калалал»(К11ирди) коренного малочисленного каратинского народа Дагестана.
    По мнению суда, изложенному в решении, отказ Управления юстиции в регистрации общественного объединения является законным, поскольку- «Судом установлено, что в Едином перечне коренных малочисленных народов РФ, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.03.2000 года №255 «каратинцы» не значатся коренным малочисленным народом Республики Дагестан.
    16.07.2012 года подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Дагестан.
    21.09.2012 года Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан вынесено Апелляционное определение- «Решение Советского районного суда г. Махачкала от 5 июля 2012 года .. о признании незаконным отказа Управления Министерства Юстиции РФ по Республике Дагестан в регистрации общины «Калалал»(К11ирди) коренного малочисленного каратинского народа Дагестана оставить без изменения, а апелляционную жалобу- без удовлетворения».
    «Доводы заявителей о том, что ответчиком сделана ссылка на несуществующий орган Государственный Совет Республики Дагестан также является не обоснованным. Поскольку на момент утверждения Единого перечня коренных малочисленных народов РД в 2000 году, Государственный Совет РД, являлся государственным органом РД правомочным устанавливать перечень коренных малочисленных народов РД.
    Вышеуказанное свидетельствует об отсутствии у заявителей правовых оснований для удовлетворения заявленного требования. В связи с чем, оно подлежит оставлению без удовлетворения»..

    Обращения в другие государственные органы
    09.04.2012г. Ответ Министерства Юстиции РФ с разъяснением, что каратинцы не имеют права создавать общины коренного малочисленного народа Дагестана.
    18.04.2012г. Обращение к Президенту РФ по электронной почте о внесении изменений в ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ».
    18.04.2012г. Ответ Управления Президента РФ по работе с обращениями граждан и организаций о направлении дополнительных материалов.
    20.04.2012. Ответ Министерства Юстиции РФ о правомерности отказа в регистрации общины каратинского народа Дагестана.
    24.04.2012г. Письмо (электронное)в Комитет по делам национальностей Г.К. Сафаралиеву.
    24.04.2012г. ответ Комитета по делам национальностей, о принятии обращения к сведению и использованию в работе Комитета.
    24.04.2012г. Ответ Аппарата Совета Федерации ФС РФ, Управления Информационного о документального обеспечения о передаче сообщения в Комитет по федеративному устройству, региональной политике , местному самоуправлению и делам Севера.
    26.04.2012г. Ответ Аппарата уполномоченного по правам Человека в РФ с предложением обратиться в суд и по результатам направить к ним материал.
    04.05.2012г.Ответ Комитета по делам национальностей о принятии обращения к сведению.
    05.05.2012г. Министерство юстиции РФ, что ответ исчерпывающий дан в письме от 09.04.2012г.
    05.05.2012г. Министерство регионального развития РФ ответ, что право определять особенности коренных малочисленных народов, устанавливать перечень этих народов с последующим включением его в Единый перечень закреплено за Республикой Дагшестан. С разъяснением, что каратинцы учтены в качестве субэтнической группы при переписи населения 2010г. На территории Дагестана проживал 4671 каратинец. Это может служить основанием, подтверждающим наличие этнической общности каратинцев в РД.
    21.05.2012г. Комитет но межнациональным отношениям Народного Собрания РД, что вопрос получения каратинцами статуса коренного малочисленного народа будет рассмотрен после внесения изменений в проект ФЗ » О внесении изменений в ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ( в части дополнения и уточнения понятийного аппарата, определения порядка отнесения граждан РФ к коренным малочисленным народам РФ)».
    30.05.2012г. Комитет Совета Федерации по федеративному устройству ответ с выражением признательности за предложения.
    04.06.2012г. Аппарат правительства РФ, ответ о направлении обращения в Минрегионразвития, для рассмотрения.
    05.06.2012г. Комитет но межнациональным отношениям Народного Собрания РД, что по вопросу получения каратинцами статуса коренного малочисленного народа дан ответ письмом от 21.05.2012г.
    06.06.2012г. Возражения Управления Минюстиции РФ по РД на жалобу.
    06.07.2012г. Прокуратура РФ ответ о направлении обращения в Прокуратуру РД.
    10.08.2012г. Ответ Прокуратуры РФ на повторное обращение, что исчерпывающий ответ дан 18.05.2012г. с приложением ответа об обращении в суд.
    19.09.2012г. Возражения Управления Минюстиции РФ по РД на жалобу.
    26.10.2012г. Резолюция Съезда Народов Дагестана- «Съезд требует признать общину основной формой общественного устройства коренных народов Дагестана, подтвердив ее право на владение и пользование землями исконного проживания и право представления своих представителей в органах власти всех уровней».
    Уведомление в Минюстиции Республики Дагестан от 26.11.2012г. о проведении митинга.
    28.11.2012г. ответ об отказе в проведении публичного мероприятия на площади им. В.И. Ленина.
    Таким образом, внутренние средства судебной защиты на этом оказались исчерпаны и возглавляемое мною общественное объединение на основании доказательств, полученных с нарушением закона, получило первое письменное предупреждение регистрирующего органа.
    В порядке надзора председателю Верховного Суда надзорная жалоба не подавалась в связи с отсутствием ее эффективности, так как нарушения прав коренных малочисленных народов и их общин в Дагестане и России, как и всех демократически настроенных общественных объединений(НПО, НКО) приобрела систематический и массовый характер.
    Внутренние средства судебной защиты на этом оказались исчерпаны.
    Решения судами приняты без всестороннего, объективного рассмотрения дела в основу которого было положена ассимиляционно-дискриминационная политика властей РФ и РД, базирующаяся на марксистской теории «исторической вредности малых народов».

    III. ИЗЛОЖЕНИЕ ФАКТОВ
    1. Согласно статье 30 Конституции РФ каждый имеет право на свободу объединений.
    Россия в соответствии с Конституцией гарантирует: – основные личные права и свободы (ст. 20-28); основные публично-политические права и свободы (ст. 29-33); основные экономические, социальные и культурные права и свободы (ст. 34 – 44).
    Конституция Республики Дагестан гарантирует:
    Ст. 20 В РД защищаются права и свободы человека и гражданина независимости от национальности, расы, языка, происхождения, места жительства, политических, правовых и иных убеждений, принадлежности к общественным объединениям и других обязательств. Запрещаются любые формы ограничения прав по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.
    Ст.28 Каждому гарантируется свобода мысли и слова. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.
    Запрещается пропаганда социального, расового, национального или языкового превосходства.
    Ст. 30 каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не должен быть принужден к указанию своей национальной принадлежности. Каждый имеет право на пользование своим родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества.
    Ст. 33 граждане вправе собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.
    Ст. 34 Каждый имеет право на объединение в порядке, предусмотренном законом.
    Реализуя данное конституционное право, 8.02.2012 года группа граждан, в числе которых был и автор сообщения, приняла решение о создании общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана, утвердила его Устав. 24.02. 2012 года все необходимые для регистрации документы были предоставлены в Управление Министерство юстиции РФ по РД.
    2. Управление юстиции РФ по Республике Дагестан, являясь регистрирующим органом местных общественных объединений, распоряжением № 176 от 2.04. 2012г. отказало в государственной регистрации территориально-соседской общине «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана при ее создании.
    3. 06.04.2012 г. соучредители Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана обратились с жалобой в федеральный суд Ботлихского района о признании незаконным отказ Управления юстиции РФ по Республике Дагестан в регистрации Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана и обязать его зарегистрировать Общину.
    4. 27.04.2012 года Определением Ботлихского суда РД жалоба была возвращена с предложением обратиться в федеральный суд Советского района г. Махачкала по подсудности и месту нахождения организации.
    5. 16 мая 2012 года соучредители Общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана обратились с жалобой в федеральный суд Советского района г. Махачкала.
    6. Решением федерального суда Советского района г. Махачкала от «05» июля 2012 г. оставлена без удовлетворения наша жалоба на отказ в регистрации Общины «Калалал»(К11ирди) коренного малочисленного каратинского народа Дагестана.
    7. 16.07.2012 года подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Дагестан.
    8. 21.09.2012 года Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан вынесено Апелляционное определение- «Решение Советского районного суда г. Махачкала от 5 июля 2012 года .. о признании незаконным отказа Управления Министерства Юстиции РФ по Республике Дагестан в регистрации общины «Калалал»(К11ирди) коренного малочисленного каратинского народа Дагестана оставить без изменения, а апелляционную жалобу- без удовлетворения».
    Принимая незаконное решение об отказе в регистрации Общины, суды и чиновники создали искусственные препятствия по жизненно важному вопросу – реализации коллективных прав на получение статуса каратинского народа: коренного малочисленного народа Дагестана; создание территорий традиционного природопользования, на ведение традиционного образа жизни и защиту исконной среды обитания; Общины коренного малочисленного каратинского народа Дагестана; каратинского языка, как родного, получения на каратинском языке образования дошкольного, а также в начальной школе.
    Суд не принял мою мотивацию, что:
    1. В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона № 104-ФЗ с момента принятия решения об организации общины малочисленных народов она считается созданной. Созданная община малочисленных народов подлежит обязательной государственной регистрации. После государственной регистрации община малочисленных народов приобретает права юридического лица.
    2. В соответствии с Законом Республики Дагестан от 12 февраля 2003 г. “О территории компактного проживания коренных малочисленных народов Республики Дагестан” вся территория Республики признана “территорией компактного проживания коренных малочисленных народов Дагестана”.
    3. В Едином перечне коренных малочисленных народов РФ, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.03.2000 г. № 255, согласно сговора властей Дагестан и России по настоящее время не введен ни один народ Дагестана, хотя имеется решение о введении их в Единый перечень, согласно постановления Государственного Совета Республики Дагестан от 18.10.2000 № 191 «О коренных малочисленных народах Республики Дагестан». В данном постановлении каратинцы и андо-дидойцы учтены как подгруппа аварского народа.
    4. Письмо Института этнологии и антропологии им. Миклухо-Маклая РАН- «Дидойцы или цезы (самоназвание) один из малочисленных коренных народов Дагестана. По языковой классификации относятся к народам андо-дидойской (цезской) группы, к ее дидойской подгруппе. В эту же подгруппу входят дидойцы (цезы), бежтинцы, хваршины, гунзибцы, а к андийской подгруппе относятся: андийцы, ботлихцы, годоберинцы, каратинцы, ахвахцы, чамалалы, багулалы, тиндалы. Особняком стоят арчинцы.
    Дидойцы (цезы), как и все перечисленные народы, и в языковом, и в культурном отношении, состоят близко к аварцам. Однако отказ от их отдельного учета в переписях, административно-паспортное помещение их в составе аварцев не имеет под собой никаких научных оснований. Это было чисто политическое, волюнтаристское решение. Дидойцы (цезы), как и все прочие перечисленные выше народы, не являются аварцами, а являются совершенно особыми, отдельными малочисленными народами, со своими особыми самоназваниями, самоназначением, языками, культурными особенностями. Они должны рассматриваться как отдельный малочисленный народ Российской Федерации. Напротив, аварцы, как и все 10 конституционно перечисленных народов Дагестана кроме агулов, цахуров, рутульцев и горских евреев, (часто ошибочно называемых татами) к малочисленным не относятся.
    Исторически дидойцы (цези) известны уже около 2 тысяч лет. Античные источники их упоминают как дидуров. Таким образом, дидойцы представляют собой один из культурно высокоразвитых древних автономных народов Дагестана».
    Зав. отделом Кавказа Института этнологии и антропологии РАН член-корр. РАН, доктор исторических наук С. А. Арутюнов.
    5. Письмо и.о. директора департамента межнациональных отношений Министерства регионального развития РФ А.В. Журавского от 2.05.2006г. № 3245-АЖ/04: «По итогам Всероссийской переписи населения 2002г. протоколом Межведомственной рабочей группы по официальному опубликованию итогов Всероссийской переписи населения России, в котором, по предложению руководства РД, к народам Дагестана «аварцы» и «даргинцы» отнесены родственные им этнические группы. Было решено обозначить их в алфавитном порядке без разделения этнических групп аварцев на андийскую и дидойскую подгруппы, перенеся последние с первого на второй уровень. Таким образом, андийская этническая общность, находясь в составе дагестанских народов, отнесенных Правительством РФ к коренным малочисленным народам России, включена в Единый перечень коренных малочисленных народов России и обладает всеми правами, предусмотренными ФЗ от 30.04.99г. №82 »О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ» (в ред. От 22.08.2004)(далее- ФЗ №82-ФЗ).
    По вопросу о программе реабилитации и возрождения культурно-исторического и духовного наследия андийского народа сообщаем, что в соответствии со статьей 10 Федерального закона №82-ФЗ лица, относящиеся к малочисленным народам, объединения малочисленных народов в целях сохранения и развития своей самобытной культуры вправе:
    2) создавать общественные объединения, культурные центры и национально-культурные автономии малочисленных народов, фонды развития малочисленных народов и фонды финансовой помощи малочисленным народам;
    Таким образом, национальные общественные объединения малочисленных народов вправе проявлять инициативу и представлять свои предложения в федеральные органы исполнительной власти и органы исполнительной власти субъектов РФ о принятии соответствующих программ или включения отдельных мероприятий, направленных на сохранение и развитие самобытной культуры, в действующие и разрабатываемые федеральные и региональные целевые программы».
    6. Здесь считаю необходимым отметить, что мною исчерпаны все доступные внутренние средства правовой защиты.
    IV. ИЗЛОЖЕНИЕ ИМЕВШИХ МЕСТО НАРУШЕНИЙ МПГПП
    Изложенные выше факты дают мне основания утверждать, что Российской Федерацией и Республикой Дагестан нарушено мое право на свободу ассоциации, закрепленное в
    пункте 1 статьи 22 Пакта. При этом исхожу из следующего.
    1. Отказ в регистрации общины »Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана я расцениваю как вмешательство государства в мое право на свободу ассоциаций.
    2. Вмешательство в указанной выше форме я квалифицирую как недопустимые ограничения моего права на свободу ассоциации в свете статьи 22 Пакта, потому как оно:
    2.1 не предусмотрено законом. Закрепленное в пункте 1 статьи 22 Пакта право каждого на свободу ассоциации с другими предполагает позитивное обязательство государства обеспечить в своем национальном законодательстве возможность для осуществления указанного права (пункт 2 статьи 2 Пакта). Реализуя данные обязательства, Россия приняла
    Законы “Об общественных объединениях”, «О некоммерческих организациях» и др. которыми определен порядок создания, деятельности и ликвидации ассоциаций. Данными Законами так же предусмотрены ограничения при создании и деятельности общественных объединений, которые, с моей точки зрения, вполне согласуются с положениями пункта 2 статьи 22 Пакта. Согласно законодательства РФ и РД, создание и деятельность общественных объединений, имеющих целью насильственное изменение конституционного строя, либо ведущих пропаганду войны, социальной, национальной, религиозной и расовой вражды, запрещается. Как видим, тех оснований, в силу которых отказано в регистрации нашего объединения, в Законе не содержится.
    2.2 не преследует одну или более правомерных целей согласно пункта 2 данной статьи. Я полагаю, что деятельность объединения в рамках тех методов, которые указаны в его уставе, никоим образом не посягает на интересы государственной или общественной безопасности, общественного порядка, на здоровье и нравственность населения, на права и свободы других лиц. Возможное объединение членов общины в целях возрождения и профилактики от ассимиляции и дискриминации по национальному признаку при осуществлении их уставной деятельности я расцениваю исключительно как право на самоопределение и противление политике апартеида. А в отсутствии конкретных действий, как сказано в одном из решений ЕСПЧ, ставящих под сомнение то, что я заявляю, не следует подвергать сомнению искренность моих намерений (Социалистическая партия и другие против Турции. Судебное решение от 25 мая 1998 года).
    2.3 не является необходимым в демократическом обществе для достижения целей, указанных в пункте 2 данной статьи. Оценивая действия государства с позиций “необходимо в демократическом обществе” я исхожу из того, что:
    а) несмотря на автономную роль и особую сферу применения статья 22 Пакта должна также рассматриваться в свете статьи 19- каждый имеет право свободно искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи. Именно свободное распространение информации и идей, пускай даже и не поддерживаемых государством или большинством населения, является, по мнению Комитета, ключевым моментом любого демократического общества (пункт 7.3 Соображений Комитета по правам человека от 31.10.2006г. Сообщение № 1274/2004, Корниенко против Беларуси);
    б) любое ограничение права на свободное выражение мнения, имеющего первостепенное значение в любом демократическом обществе, должно быть полностью обосновано (п.7.3 Соображений Комитета по правам человека от 20.10.2005 г. Сообщение № 1022/2001. Величкин против Беларуси).
    Более того, как отмечено в п.14 Замечаний общего порядка № 27(67): ограничительные меры должны соответствовать принципу соразмерности; они должны являться уместными для выполнения своей защитной функции; они должны представлять собой наименее ограничительное средство из числа тех, с помощью которых может быть получен желаемый результат; они должны являться соразмерными защищаемому интересу. Кроме того, применяя ограничительные меры, государство должно привести причины, оправдывающие их применение (п.15 Замечаний). В нашем случае, как видно из решений и Министерства
    юстиции, и Верховного суда, государство не привело достаточных аргументов для обоснования ограничений моего права на ассоциацию. По моему мнению, запрет группе лиц на создание ассоциации исключительно потому, что каратинцы не включены в Единый перечень коренных малочисленных народов РФ, стремятся к совместному решению проблем общества, содействовать в осуществлении их законной деятельности, не был вызван “насущной социальной потребностью”, не является необходимым для защиты ценностей, указанных в п.2 ст.22 пакта и представляет собой недопустимые ограничения моего права на свободу ассоциации.
    3. Исходя из выше изложенного, а так же учитывая то, что незарегистрированные объединения в России и Республике Дагестан не вносится в реестр социально-ориентированных НКО, я заявляю, что отказ в регистрации общины «Калалал» коренного малочисленного каратинского народа Дагестана в силу указанных выше оснований не является необходимым для защиты ценностей, указанных в пункте 2 статьи 22 Пакта и представляет собой недопустимые ограничения моего права на свободу ассоциации. Из этого следует, что имело место нарушение статьи 22(1) Пакта.
    V. ИЗЛОЖЕНИЕ ПРЕДМЕТА ЖАЛОБЫ
    На основании изложенного выше и учитывая то, что данный вопрос не рассматривается в соответствии с другой процедурой международного разбирательства и урегулирования, я считаю возможным просить Комитет:
    1. Рассмотреть данное сообщение, как поданное в соответствии со статьей 2 Факультативного протокола к МПГПП;
    2. Признать авторов сообщения жертвой нарушения государством-участником его права, предусмотренного статьей 22(1) Пакта;
    3. Указать государству на необходимость принятия, согласно статьи 2 (2) Пакта, таких мер, которые были бы достаточными для осуществления прав, признаваемых в Пакте;
    4. Указать государству на его обязательство, в соответствии со статьей 2(3а) Пакта, предоставить автору соответствующее возмещение и компенсацию.
    VI. СПИСОК ПРИЛОЖЕННЫХ ДОКУМЕНТОВ:
    1. Копия решения Министерства юстиции от 24.04.2012 г.;
    2. Копия решения Верховного Суда Республики Дагестан от 21.09.2012г.;
    3. Копия Закона РФ «Об общественных объединениях»;
    4. Копия жалобы автора сообщения в Верховный Суд Республики Дагестан.
    Подпись ____________________ М.Ахмеднабиев

Комментировать